Батуми: многонациональный и дружный

В 1783 году в небольшой станице Георгиевская был подписан трактат, по которому Россия брала под свое покровительство Грузию. Собственно говоря, трактат подписывался не с Грузией, а только с ее Восточной частью — Картли и Кахетией.

За два с лишним века отношение к этому документу претерпевало удивительные метаморфозы. В 1983 году вся республика во главе с ее руководителем Эдуардом Шеварднадзе в торжественной обстановке отмечала как великую дату двухсотлетие трактата, хотя сам факт присоединения к России произошел на 18 лет позже.

После распада Советского Союза и обретения Грузией независимости политические полюса не раз менялись местами, диаметрально менялись и политические оценки исторических событий.

Теперь Георгиевский трактат стал восприниматься, как величайшая национальная трагедия Грузии, как потеря ею независимости.

Но всем известно, что рано или поздно крайние точки зрения сходятся в золотой середине, когда устанавливается баланс между положительным и отрицательным, когда перестают видеть только хорошее или только плохое.

В Георгиевском трактате была статья, по которой Россия приняла на себя обязательства освободить от иноземного господства остальные грузинские земли, а их было немало, и это собирание растянулось почти на целый век.

В результате войн с Турцией и Ираном под российскую руку отходили Гурия, Имеретия, Менгрелия, Сванетия, Абхазия, земли южной Грузии с Ахалцихе и Ахалкалаки.

Русские войска уже давно стояли в Кобулети, а в 15-20 километрах к юго-западу, сердце Аджарии — Батуми еще находился в руках осман. И вот, в очередной русско-турецкой войне в 1877-1878 годах Россия отобрала у Турции и этот прекраснейший живописный уголок.

Можно много говорить о том, какие планы в действительности имела Российская империя, о том, как мало ее интересовала жизнь местного населения. Во всем этом, конечно, есть доля истины, но нельзя отрицать того факта, что впервые за много веков почти все грузинские земли были собраны под одной крышей.

Теперь население жило в условиях, когда грузин не заставляли платить специального налога по религиозной принадлежности, когда они, став частью крупнейшего европейского государства, значительно теснее приобщились к европейской культуре. Это факты, от которых никуда не денешься.

Местность, где стоит Батуми, была известна с глубокой древности. Ее упоминал и античный автор Страбон, а римский наместник Каппадокии Флавий Арриан инспектировал римские войска, находящиеся на побережье Черного моря. Нам известно, что в Апсаре (сегодня этот городок называется Гонио и находится в 10 минутах от Батуми) было расквартировано целых 5 когорт, а это больше двух тысяч человек.

Затем Аджария долгие века переходила из рук в руки. Когда по Сан-Стефанскому мирному договору Аджария вошла в состав Российской империи, население Батуми составляло всего несколько тысяч человек. Это был маленький, типично азиатский городок, с кривыми, узкими улочками, глухое захолустье Османской империи, где жили представители разных народов — грузины, греки, армяне, евреи.

Христианские подданные турецкого султана имели значительные правовые ограничения. Гнет, и политический, и религиозный, и национальный, был чрезвычайно тяжелым. Для христиан в Османской империи часто, как это ни парадоксально, спасительным фактором выступала коррупция. То, что турецкие чиновники не делали из гуманитарных соображений или просто во имя выполнения своих должностных обязанностей, они с удовольствием делали за взятку.

Еще во время османского господства городской голова грек Илья Ефремиди получил разрешение построить христианскую церковь при условии вложения крупных средств в благоустройство города. Какие средства он вложил в карманы чиновников, остается только догадываться, но в Батуми выросла прекрасная церковь Святого Николая. Разрешив ее построить, турки запретили оснащать ее колоколами.

Церковь без колокола похожа на человека с отрезанным языком. Когда в Батуми вошла русская армия, солдаты первым долгом установили в церкви колокол, который своим малиновым благовестом возвестил начало нового периода в жизни города.

С этого момента начинается бурное развитие города. Он стремительно развивается территориально. Его население увеличивается в разы. Глубоководная, защищенная от штормов бухта сама по себе предполагала строительство оживленного порта. В Батуми пришла бакинская нефть, и его порт уже более века является крупнейшим нефтеналивным терминалом на Черном море.

И сегодня батумцы и многочисленные гости города могут любоваться гигантскими танкерами, стоящими на рейде, словно задремавшие морские чудища, а прогулка в порт стала своеобразной традицией.

В Батуми пришла железная дорога. На месте глинобитных домиков стали вырастать дома, улицы, бульвары, площади, которые могли сделать честь и Тифлису, и самому Петербургу. Его центр и сегодня поражает своей красотой и утонченным архитектурным вкусом.

Советская эпоха обошлась с городом достаточно бережно. Здесь не сносили районы исторической застройки, чтобы провести широкие проспекты, как это случилось с московским Арбатом, по которому асфальтовым катком проехался Калининский проспект. Батуми избежал этой печальной участи и украсился гостиницей «Интурист » -настоящим шедевром конструктивизма 20 годов.

В Батуми функционировал судостроительный завод, выпускавший совершенно уникальную продукцию — суда на воздушной подушке. Долгие годы одним из самых узнаваемых черноморских символов, была стремительно летящая над волнами сигарообразная торпеда, которая почти со скоростью самолета перевозила сотни пассажиров.

О стоимости билетов сегодня говорить не приходится, потому что все равно никто не поверит.

Батуми органично воспринял русскую культуру и подарил миру много талантливейших людей, которые не только прославили свое имя, но и свой родной город, к которому всегда относились с сыновьей любовью. Это прекрасные певцы, архитекторы, художники, актеры, инженеры, ученые.

Какие бы политические ветры не дули над Аджарией, город всегда оставался многонациональным и чрезвычайно дружным, бережно хранящим свою память.

Каждый год — и в советское, и в постсоветское время ежегодно первое сентября начиналось с торжественного митинга учащихся, педагогов, и городской общественности у набережной, где стоял обелиск в память участникам Великой Отечественной. В 2012 году его уничтожили, но разрушить бетонную стелу легче, чем людскую память.

А Батуми и Аджария все помнят и их объятия широко открыты для друзей…

Давид Барамидзе