«Грузинской мечте» потребовался «ледокол»

На пресс-конференции по итогам визита в Москву и встреч с российскими коллегами член грузинской парламентской делегации от партии «Альянс патриотов» (АП) Ада Маршания назвала «прорывом» и «большим достижением» договоренность о «новом формате» диалога между Россией и Грузией.  

Наряду с Женевскими дискуссиями по безопасности на Кавказе, а также «пражским форматом» переговоров между замминистра иностранных дел РФ Григорием Карасиным и спецпредставителем премьер-министра Грузии Зурабом Абашидзе, члены законодательных органов двух стран готовы создать еще одну площадку для диалога в виде регулярных встреч между парламентскими делегациями. 

Именно с этой целью в Москву ездили три грузинских парламентария от оппозиционной партии «Альянс патриотов» Ада Маршания, Нато Чхеидзе и Георгий Ломия. В Москве их принимал глава комитета Госдумы по вопросам СНГ и Евразийской интеграции Леонид Калашников вместе с коллегами по комитету. По итогам переговоров условились создать «неформальные группы» для дальнейшего общения.

Сразу возникает вопрос, почему «неформальные», ведь регламент обоих парламентов предусматривает возможность институционализации депутатских объединений для целевой работы с теми или иными странами. Но дело в том, что между Россией и Грузией сегодня нет дипломатических отношений и два государства по-прежнему разделены множеством разногласий. Создать «формальную группу» по общению с Россией в сегодняшнем грузинским парламенте пока практически невозможно. Правящая партия «Грузинская мечта» (ГМ) вряд ли проголосует «за» — опасаясь обвинений в «пророссийскости» со стороны соратников Михаила Саакашвили из оппозиционных партий «Европейская Грузия» (ЕГ) и «Единое национальное движение» (ЕНД).

Но судя по заявлениям лидеров ГМ, мешать «патриотам» выстраивать отношения с российскими коллегами власти тоже не будут, поскольку визит трех депутатов и общение с членами Госдумы создали важный прецедент. Никаких контактов между депутатами двух стран не было уже более десяти лет. Они сократились до минимума еще с 2006 года, когда российско-грузинские отношения начали охлаждаться, скатываясь к прямой конфронтации, а затем полностью прекратились после пятидневной войны 2008 года.

Прецедент важен прежде всего для правящей партии. Лидеры ГМ до сих пор оглядываются на своих главных оппонентов – соратников экс-президента Саакашвили, пытаясь избежать обвинений в «продажности» и «капитулянтстве». Основателя ГМ, миллиардера Бидзину Иванишвили бывший президент и его единомышленники называют не иначе как «российский олигарх Иванишвили», намекая на его личную коммерческую заинтересованность в «сдаче Грузии северному соседу».

Но «Альянс патриотов» — оппозиционная партия. Правда, не прозападная, а «национально ориентированная», в какой-то степени даже националистическая. Ее лидер, в прошлом известный журналист, Ирма Инашвили сыграла важную роль в поражении партии Михаила Саакашвили по результатам парламентских выборов 2012 года, поскольку именно она распространила скандальные видео пыток и издевательств в грузинских тюрьмах, после чего рейтинг ЕНД снизился на порядок.

Таким образом, АП, являясь малочисленной фракцией, но все-таки третей политической силой, представленной в парламенте, играет в роль «ледокола» для «Грузинской мечты» по возобновлению прямого предметного диалога с Москвой.

Грузия является именно парламентской республикой, а правительство всегда может сослаться на то, что именно законодательный орган определяет внешнюю и внутреннюю политику.

Более того, «Патриоты» не только создали прецедент и «прорубили новое окно для диалога» с Россией, но и намекнули на возможную повестку дня будущих межпарламентских переговоров. Маршания сообщила о предварительной договоренности обсудить с российскими коллегами «проблематику взаимоотношений в треугольнике Россия – Грузия – НАТО».

Нетрудно понять, в каком именно ключе может развиваться диалог по данной проблеме. До сих пор грузинские власти заявляли, что курс на интеграцию в НАТО вообще не подлежит сомнению и не может быть предметом для переговоров с третьими странами, а Москва столь же последовательно утверждала, что вступление кавказской страны в альянс для нее неприемлемо.

Поэтому казалось бы малозначительный визит в столицу России малочисленной грузинской парламентской делегации, представляющей немногочисленную парламентскую фракцию, став важным прецедентом, создает гораздо более широкий контекст, который в будущем может быть наполнен содержанием при участии других, более влиятельных акторов.

Георгий Калатозишвили, Тбилиси