Зачем Грузии внеблоковый статус?

Партия «Демократическое движение» бывшего спикера Грузии Нино Бурджанадзе обратилась к членам конституционной комиссии с требованием на законодательном уровне зафиксировать внеблоковый статус страны, сообщил член партии Дмитрий Лорткипанидзе.

По его словам, Грузия не должна становиться членом какого-либо военного блока, пишет Спутник-Грузия.

«Это абсолютно исключает то, что Грузия должна стать членом НАТО или какого-либо военного союза»,  — заявил Лорткипанидзе, добавив однако, что у республики остается суверенное право в целях собственной безопасности сотрудничать с каким-либо государством.

Ранее Бурджанадзе пояснила, что внеблоковый статус Грузии поможет нормализовать отношения между Москвой и Тбилиси, улучшит инвестиционный климат в стране, а в целом послужит гарантом независимости, стабильности, мира и экономического возрождения Грузии.

В августе прошлого года парламент уже рассматривал вопрос о внеблоковом статусе Грузии, однако тогда инициатива Бурджанадзе была заблокирована по политическим мотивам: члены процедурного комитета бойкотировали обсуждение соответствующего законопроекта.

По оценке руководителя Центра глобальных исследований Наны Девдариани, внесение пункта о внеблоковом статусе Грузии имеет ряд обоснований. «Во-первых, внеблоковый статус хорош тем, что противоречит абсолютно необдуманной идее вступить в НАТО. Во-вторых, он позволит учесть интересы России, которая всеми способами сопротивляется продвижению НАТО к ее границам, осуществляемому несмотря на обещание не расширяться. В-третьих, внеблоковый статус, в отличие от нейтралитета, не мешает участию Грузии в международных миссиях, в том числе совместных операциях и тренировках со странами Запада», — перечислила она.

«Это очень даже приемлемая формула, особенно с учетом того, как наша политическая элита стремится в Североатлантический альянс, совершенно не спрашивает абхазов и осетин, хотят ли они туда. Сейчас в Грузии создается ситуация, когда истеблишмент согласен признать потерю Абхазии и Южной Осетии, лишь бы стать членами НАТО – но ведь участие в любой международной организации является лишь инструментом достижения собственных национальных интересов, а никак не наоборот. Целью членство в какой-либо организации быть не может», — подчеркнула Нана Девдариани.

По ее мнению, население поддержит эту поправку о внеблоковом статусе Грузии, если она будет вынесена на конституционный референдум. «Беда в том, что у нас, как и во многих других странах, людей никто не спрашивает. В той же Европе есть примеры, когда люди выражали волю против НАТО, но правительство принимало совершенно обратное решение, как в Черногории. Поэтому сначала придется добиться самого референдума, ведь его решение имеет обязательную силу и препятствовать ему парламент не может», — указала руководитель Центра глобальных исследований.

Руководитель Института стратегии управления Петре Мамрадзе, напротив, выразил уверенность в том, что внеблоковый статус не принесет Грузии пользы. «Подобные обращения являются лишь пиаром партий. Напомню, что в 2008 году, после военно-политической авантюры Саакашвили, в НАТО было принято категорическое решение ни при каких условиях не принимать Грузию в Альянс. Вопрос о вступлении в НАТО закрыт окончательно, это знают все – и в Тбилиси, и в Брюсселе, и в Москве – и все разговоры вокруг этого давно перешли в режим пиара. Серьезного значения инициатива партии Бурджанадзе, собравшей мизерные проценты на парламентских выборах, не имеет», — подчеркнул он.

Также политолог выразил сомнение в том, что граждане будут голосовать за эту поправку на референдуме. «Подавляющее большинство населения за восстановление нормальных отношений с Россией, даже в 2008 году опросы показывали поразительные 80-85% тех, кто за. С другой стороны, примерно такой же процент за то, чтобы Грузия интегрировалась в Европу и заняла в ней достойное место. Нам нужны хорошие отношения с Россией и в нынешних проблемах виноваты прежние грузинские политики, но я не вижу у населения представления о том, что от внеблоковости страны сразу станет лучше. Никакой привлекательности данной инициативы в обществе пока не наблюдается», — заключил руководитель Института стратегии управления.