Мусульмане Грузии: на пути к интеграции

История мусульманской общины в Грузии – это прошлое со «многими неизвестными» и современность, где столь же много неопределенности. 1400 лет спустя после появления первой исламской общины на территории страны, мусульмане все еще не могут определиться с тем, являются ли они интегрированной частью населения Грузии, признает ли государство их религиозные свободы, какую политическую линию проводят власти страны в отношении религиозных меньшинств.

Появление общин, созданных мусульманами, на территории Грузии связано с историей арабских, османских и персидских завоеваний. Местное население в основном сохранило приверженность традиционной вере, но переселенческая политика турецких султанов и персидских шахов привела к формированию в нескольких регионах страны анклавов, где были расселены народы, исповедовавшие ислам.

Одна из главных проблем современной исламской общины Грузии как раз и заключается в том, что эти анклавы кардинально различаются историей, особенностями формирования, этническим составом, традиционной ориентацией на Иран или Турцию, приверженностью суннитским или шиитским традициям.

В советское время мусульманское население Грузии находилось под влиянием тех же процессов и действий со стороны властей СССР, что и другие конфессии на территории республики. Однако после распада СССР и обретения независимости, мусульмане оказались более уязвимыми перед лицом целого комплекса проблем, связанных с национальной и социальной политикой новой власти.

Причем, если Звиад Гамсахурдиа придерживался линии на открытое принижение прав национальных и конфессиональных меньшинств, то в эпоху Эдуарда Шеварнадзе была сделана попытка интегрировать мусульманское население Грузии в социальную и политическую систему страны. Однако достичь реальных результатов на этом пути официальный Тбилиси так и не сумел. Более того, сформировались новые «зоны риска», связанные с кистинцами Панкиси, где активно развивается ваххабитская идеология.

«Революция роз» ускорила движение Грузии по направлению в европейские структуры, но не сумела кардинальным образом решить проблемы уммы. Напротив, соединение религиозных проблем с конфликтным потенциалом социального недовольства среди азербайджанцев Грузии привело к целому ряду острых конфликтов в регионах страны.

Частично эти проблемы были нивелированы с созданием Агентства по делам религий и повышением статуса Союза мусульман Грузии, но, по мнению большинства экспертов, конфликтный потенциал в местах проживания грузинских мусульман все еще достаточно велик.

Поэтому можно констатировать, что мусульманская община Грузии слабо интегрирована в политическую, социальную и экономическую жизнь государства. Причиной этому являются не только социально-экономические и политические проблемы, но и социокультурная и конфессиональная специфика каждой мусульманской общины.

Данная ситуация не есть сугубо «грузинский продукт», равно как и касается не только населения, исповедующего ислам. Перед исследователями проблемы отношений религии и общества в странах ближнего зарубежья становится серьезная методологическая проблема.

Как отмечает А. Джохадзе: «На всем постсоветском пространстве эволюция экономической и политической систем направлена в сторону Запада (во всяком случае, налицо попытка вестернизации), а возрождение православия и ислама отчуждает общества от западных ценностей. Понятно, что общество не сможет одновременно продвигаться в двух противоположных направлениях. Это обстоятельство обостряет и без того жесткие противоречия внутри нашего переходного общества и является чрезвычайно опасным с точки зрения возникновения внутренних конфликтов».

Пример Грузии демонстрирует, что недостаточное внимание к проблемам межрелигиозного диалога, игнорирование властями страны комплекса региональных проблем неизбежно приводит к замедлению модернизационных процессов, росту конфликтного потенциала в обществе. Именно с этих позиций изучение истории и современности исламской общины Грузии актуально и для российских реалий. Прежде всего, республик Северного Кавказа.

Екатерина Шишкина (Москва)